вторник, 19 ноября 2013 г.

Весь цвет русского бала


Блестящее собрание разряженных женщин, военных, в богатых мундирах и орденах с алмазами; рассыпавшаяся на зеленой лужайке огромная толпа, пестревшая разнообразными блестящими цветами своих одежд...
графиня Шуазель Гуффье,
рожденная графиня Фитценгауз,
бывшая фрейлина при российском дворе


Петру, бесспорно, принадлежит смена всей "знаковой системы" Древней Руси
Д. С. Лихачев
Клавдий Васильевич Лебедев (1852-1916). Ассамблея при дворе Петра I

"...В жизни Императорского двора балы оказывались ближе всего к официальным торжественным церемониям, поскольку они занимали промежуточное положение между торжественными высочайшими выходами и неформальными развлечениями высшего света с участием членов императорской фамилии.
М. Зичи. Бал в Концертном зале Зимнего дворца во время официального визита шаха в мае 1873 г. 1874
...Схема бала (как и поведение участников) строго регламентировалась, начиная от официальных и неофициальных правил поведения. Это распространялось и на «форму одежды» для мужчин и женщин – участников бала.

Зичи М.А. Бал в честь Александра II в Гельсингсфорсе в здании вокзала

Существовал устоявшийся график проведения балов, по крайней мере «больших», традиционно проходивших в Зимнем дворце. Традиционные балы проходили в зимний сезон, начинаясь с Рождества и продолжаясь до начала Великого поста.
Адоль Менцель. Ужин на балу. 1878
Существовали устоявшиеся «форматы» зимних императорских балов.
  • Во-первых, это Большой бал в Николаевском зале Зимнего дворца, или, как его называли, «Большой бал Николаевской залы».
Карл Брож - Бал в Николаевском зале Зимнего дворца)
  • Во-вторых, Средний бал в Концертном зале Зимнего дворца.
  • В-третьих, Малые балы в Эрмитаже.
 Д.Н. Кардовский. Бал в Петербургском Дворянском собрании. 1913
Наряду с «зимними» балами проводились и «летние»..."
"...на «маскированных балах» церемониал выполнялся весьма строго, что зачастую делало подобные собрания излишне чопорными, а веселость – искусственной. В танцах принимали участие не все приглашенные. Большинство гостей выступали в роли зрителей и в обыкновенных платьях наблюдали за танцующими.
Превратимся и мы в зрителей одного из маскарадов, устроенного во время торжеств по случаю венчания Екатерины Алексеевны с герцогом Голштинским, будущим императором Петром III. Маскарад был целиком построен на исполнении четырех кадрилей. Это означает, что четыре группы танцующих, по двенадцать пар каждая, в разноцветных домино исполняли танец в той части зала, которая была заранее отведена для каждой группы. Кадрили не могут смешиваться, о чем танцоров предупреждали при входе в зал. Каждая кадриль отличалась от других цветом бальных туалетов, тоже определенным заранее.
Первую группу танцующих пар возглавлял великий князь Петр Федорович; домино этой группы розового и серебряного цветов.
Вторую кадриль открывала Екатерина Алексеевна с маршалом Ласси; их цвета – белый и золотой.
Во главе третьей группы танцующих шествовала мать великой княгини Голштин-Готторпская принцесса Иоганна-Елизавета в бледно-голубом с серебром (цвета ее кадрили).
Наконец, четвертая кадриль – дяди Екатерины Алексеевны, принца, епископа Любекского, – в желтом с серебром..."

Anna Rosina de Gasc «Великий князь Пётр Фёдорович и великая княгиня Екатерина Алексеевна с пажем». 1756
"...Наряду с перечисленными официальными балами происходили и более камерные, со временем они также стали приобретать почти статусный, официальный характер.

Самыми камерными балами зимних сезонов считались домашние балы императорской семьи. Традицию камерных домашних балов «для своих» заложила еще в XVIII в. Екатериной II.
В XIX в. эту традицию подхватил Николай I, он начал проводить так называемые Аничковские балы...
Для детей аристократии проводились детские балы. Родители, как правило, на этих детских балах не присутствовали. За детьми следили воспитатели..."

"...Процедура коронационных торжеств отрабатывалась до мельчайших деталей. Важное место в коронационных торжествах занимали балы. Эти публичные, торжественные действа официально открывали начало новой эры в жизни большого света. Неписаные правила уравнивали хозяев бала и гостей. Английский писатель Ф. Ансело, описывая коронационный бал 1826 г., отмечал в записках: «Знаки почтения, каких требует обычно присутствие императора и великих князей, были запрещены. Женщинам полагалось явиться в национальном костюме, и лишь немногие ослушались этого предписания»..."
 Платье коронационное императрицы Елизаветы Петровны. 1742

"...На парадных балах устанавливалась определенная форма одежды для всех приглашенных. На официальные балы все, военные и статские, являлись в парадных мундирах и башмаках.

Сцена из жизни семьи Николая I. А. Чернышов. 1840–1850.

Иногда вносились новшества. Так, на первом Большом балу сезона 6 декабря 1841 г. появились два новшества, немедленно отмеченные всеми гостями. Во-первых, в карты играли в Портретной галерее, так как в Георгиевской зале обрушился потолок и там продолжался ремонт. Во-вторых, не танцующим военным впервые позволено было явиться в сапогах.

Карл Брож - Бал в Николаевском зале Зимнего дворца)

Примечательно, что форма одежды жестко регламентировалась высочайшими указами, вносимыми в Полное собрание законов Российской империи. Например, в 1852 г. генерал-адъютантам, флигель-адъютантам и генералам Свиты Его Императорского Величества предписано «на балах при Высочайшем дворе и на всех частных балах, когда на бале приказано быть в праздничной форме, иметь при присвоенных званиях их полукафтанах бальные шаровары белого сукна, без цветной по боковым швам выпушки»..."

"...При Александре III было положено начало традиции так называемых исторических балов. 25 января 1883 г. у младшего брата царя великого князя Владимира Александровича устроили первый из таких балов. В придворные костюмы XVII в. оделись хозяева бала – великий князь Владимир Александрович и его жена великая княгиня Мария Павловна. Следует отметить, что исторические костюмы – не импровизация портных «на тему». Созданию костюмов предшествовала серьезная работа в архивах Императорской академии художеств.

Для отделки костюмов из лучших тканей использовались золотые и серебряные нити, драгоценные камни и жемчуг, меха соболя и горностая. На балу присутствовали император Александр III с супругой. Императрица Мария Федоровна оделась в костюм русской царицы XVII в., состоящий из «парчовой ферязи, украшенной бриллиантами, изумрудами, рубинами, жемчугом и другими драгоценностями; парчовой шубки с золотыми цветами, отороченной соболиным мехом и с разрезными рукавами.
На голове Ее Величества была надета серебряная шапка-венец, отороченная соболем и украшенная большими брильянтами, изумрудами и крупным жемчугом, который в несколько ниток ниспадал с шапки на оплечье».


Во время ужина на этом балу исполнялись исключительно русские песни. Надо заметить, что подобный бал явился еще одним проявлением подчеркнутого национализма Александра III и его ближайших соратников.
В журнале «Всемирная иллюстрация» бал описывался следующим образом: «На бал было приглашено… до 250 знатных особ обоего пола… На парадной лестнице, на площадке и в дверях малой столовой стояла прислуга, одетая в живописные костюмы разных эпох, имеющие связь с русской историей: то был скифы, варяги, бермяты, стрельцы новгородские и московские… Вскоре гостиная и танцевальная зала наполнилась русскими боярами, боярынями и боярскими детьми обоего пола, воеводами, витязями, думными и посольскими дьяками, кравчими, окольничими, ловчими, рындами, конными и пешими жильцами (времен Иоанна IV)…». Примечательно, что если императрица Мария Федоровна позволила себе появиться в платье московской царицы XVII в., то император Александр III выступал этом балу в генеральском мундире.

Отметили необычный бал и мемуаристы. Так, А.А. Половцев записал в дневнике: «Бал у великого князя Владимира Александровича… в костюмах по преимуществу русских XVI столетия. Праздник удается в высшей степени, обилие и разнообразие ярких цветов оживляет залу в противоположность скучному фраку. На императрице верный исторический костюм, нарисованный кн. Григорием Гагариным. Богатство материи и камней чрезвычайное. Жена моя – в русском костюме XI столетия, дочь – в татарском уборе, а я в костюме, изображенном на известной гравюре, изображающий портрет стольника Потемкина, ездившего послом в Англию. Особенно выдаются костюмы Васильчакова, директора Эрмитажа и двух его дочерей… Все великие князья разодеты в богатейшие костюмы и уборы, вообще мужчины одеты с большею, чем дамы, историческою верностью. Государь уезжает вскоре после ужина, но императрица продолжает танцы до 4 1/2 утра»..."

Великий князь Владимир Александрович и его супруга Мария Павловна
"...В конце 1880-х гг. петербургскому бомонду запомнились так называемые цветные балы. Говоря о цветных балах, следует иметь в виду, что это достаточно давняя традиция. Так,
  • в обычае были белые балы для молодых девушек, впервые выходящих в свет...
Платье Надежды Ламановой
  • розовые балы для молодоженов.

Платье Надежды Ламановой
Но в конце 1880-х гг. прошли два бала других «цветов». Они запомнились современникам.
  • 24 января 1888 г. в Зимнем дворце состоялся зеленый, или изумрудный, бал. Назван он так, потому что на нем доминировал зеленый цвет – цвет надежды. Зеленые изумруды женских украшений оттеняли бальные платья различных зеленых оттенков.
Платье Надежды Ламановой
  • 26 января 1889 г. в Аничковом дворце состоялся знаменитый черный бал. Всех приглашенных на бал попросили прийти в траурной одежде. Столь странная просьба была вызвана тем, что австрийский Двор организовал большие празднества во время траура при российском Дворе. При подготовке очередного бала в Аничковом дворце пришло известие о смерти австрийского эрцгерцога. Бал не отменили, но гостей попросили прийти в черных платьях. Дамам об изменении «сценария» бала было сообщено только 22 января: «Приезжает гофмаршал Оболенский и объявляет, что в четверг будут танцевать в Аничковом дворце в черных платьях…». Можно только представить, какой переполох поднялся в дамских будуарах после этого известия, как лихорадочно решалась «стратегическая задача» по кардинальному изменению образа. Впрочем, у светских дам, конечно, имелись траурные платья, но здесь ставилась иная задача – бальные платья должны были быть черного цвета. Кроме этого, следовало подобрать соответствующие аксессуары, хотя сияющие бриллианты смотрелись на фоне черных платьев особенно эффектно. Надо заметить, что в коллекции коронных бриллиантов у русских императриц хранилось богатое собрание «специальных» ювелирных изделий с черными камнями, которые одевали в дни дворцовых трауров или похорон.Новость вызвала неудовольство у многих, причем даже у влиятельных особ, например обер-прокурор Священного синода К.П. Победоносцев назвал, «танцевание в черных платьях… кощунством». Однако императрица, почувствовав «вкус» необычной идеи, могла себе позволить пренебречь подобным мнением. Конечно, портнихи, не разгибаясь, работали четыре дня, дамы из-за «форс-мажора» потратили много денег, но «стратегическая задача» успешно решилась, и на балу 26 января дамы блистали…Камердинер императрицы Марии Федоровны описывал дамские наряды следующим образом: «Серые вырезанные платья, черные веера, черные по локоть перчатки, черные башмачки». Во время бала исполнялась только венская музыка, в пику австрийскому Двору. Надо признать, что это была действительно изысканная месть, поскольку «никогда женщины не выглядели так привлекательно, как на этом балу, – в черных вечерних платьях, усыпанных бриллиантами!». Один из участников черного бала, великий князь Константин Константинович Романов (поэт «К. Р.»), записал в дневнике: «Бал в Аничков ом 26 января 1886 г. был очень своеобразным, с дамами во всем черном. На них бриллианты сверкали еще ярче. Мне было не то весело, не то скучно».

Можно с уверенностью утверждать, что инициатором цветных балов была императрица Мария Федоровна.
Конечно, зимние придворные балы – большая ярмарка тщеславия, к ней готовились загодя, продумывая не только фасон платья, но и «тактику» своего поведения. Иногда опытность в такого рода мероприятиях позволяла подняться и до уровня «стратегии». Итоги каждого бала подлежали строгому разбору на женской половине семьи, когда тщательно подсчитывались как «потери», так и «победы». Надо признать, что «боевые действия» на этих балах носили подчас бескомпромиссный характер. Огромное значение имело «снаряжение бойцов», особенности которого с удовольствием обсуждали даже мужчины, особенно те, кто был уже в возрасте и для которых главные «бои» уже отгремели под звуки польского и мазурки..."
Платье Надежды Ламановой
"...Так, государственный секретарь А.А. Половцев упоминает, как он в ноябре 1890 г. разбирал «виденные на аничковом собрании туалеты: у императрицы было белое атласное платье, спереди оно раздваивалось и открывало серебряное глазетовое, серебром шитое треугольное поле, точно так же по бокам были разрезы, в коих виднелись из атласа же сделанные, смятые, в несколько рядов расположенные пучки, на рукавах пониже плеч были весьма художественно исполнены перевязки.
Все платье было оторочено мелкими шелковыми шариками, напоминавшими жемчуг. На шее у императрицы было превосходное в один ряд ожерелье из крупного жемчуга… На великой княгине Марии Павловне было тоже белое атласное платье, тоже с переднею частью, вышитою серебром. На великой княгине Елизавете Федоровне розовое, обшитое собольим мехом, имевшее форму, которую в конце прошлого века столетия называли «польский фасон»». В этом эпизоде поражает «квалификация» Половцева в употреблении весьма специфической терминологии тогдашней моды..."
 
Платье Надежды Ламановой
"...Для женской половины императорской семьи цвет и фасон платья определялся исключительно господствующими модными тенденциями. При этом соблюдалась определенная мера вкуса, поскольку петербургский аристократический бомонд следовал моде с определенным консервативным оттенком. Сие негласное правило старожилы высшего света хорошо знали. В остромодных платьях на балах появлялись только не знавшие подобных тонкостей выскочки, и их немедленно наказывала стоязыкая молва женской половины бальной залы.

Francois Flameng (1856-1923) - Портрет княгини Зинаиды Николаевны Юсуповой
К женскому бальному платью подбирались необходимые аксессуары: от веера до обязательной «Корне де баль» – книжечка для бала, в которой дамы записывали карандашом порядок танцев и имена кавалеров. Страницы книжечки делали из тонких пластин слоновой кости. В начале XIX в. пожилые дамы, блиставшие на балах еще в екатерининское время, активно пользовались такими аксессуарами, как табакерки и мушечницы...."


 

"...Бальные платья начала XX в. являются одной из многочисленных граней этого изящного стиля. Силуэт их определял особой конструкции корсет, придававший фигуре S-образный изгиб, подчеркиваемый лифом с напуском и юбкой, плотно облегающей бедра и веером распускающейся к полу. В этом силуэте нашел выражение эстетический идеал стиля модерн с его тяготением к волнистым формам и текучим линиям. Шили эти платья из мягких, пластичных, струящихся тканей светлых пастельных тонов: дымчатого, серебристо-серого, палевого и т. д. Часто использовался принцип многослойности: шифон, газ и тюль, положенные на атлас или парчу, приглушали блеск этих тканей, заставляя мерцать их в зависимости от освещения, создавая особый декоративный эффект. Подлинным воплощением стиля является и декор костюмов. Он многообразен по решению: вышивка блестками, бисером и синелью с характерным для модерна использованием в орнаменте стилизованных растительных мотивов. Широко использовались кружева..."
Платье Надежды Ламановой
 "...11 января 1896 г. состоялся первый большой придворный бал молодоженов Николая II и Александры Федоровны.

Перед первым балом принцессы Аликс Гессенской (Александры Федоровны)
С учетом того, что это был первый бал нового царствования, разослали достаточно много приглашений (3500), фактически на бал явились 2500 человек. Несмотря на весь опыт дворцового персонала, на входе во дворец и у гардеробов случились обычная «толпа и давка». Поскольку многие уезжали с бала, не дожидаясь «вечернего стола», его накрыли, желая сэкономить, из расчета на 2400 человек и почти угадали, поскольку свободными остались только 60 приборов. Николай II и Александра Федоровна, как и положено государям, по большей части работали и не танцевали. Николай II обходил присутствующих, стараясь каждому сказать что-либо приятное. Молодой императрице «представляли множество дам». Мемуарист, конечно, упомянул и о туалетах главных действующих лиц, Николай II был в «алом конногвардейском мундире», а императрица Александра Федоровна – «в бледно-зеленом» платье «с рубинами»..."

Tuxen Laurits.Венчание Николая II  и великой княгини Александры Федоровны

"...Император Николай II впитал «русскость» своего отца с детства. И сам, в свою очередь, продолжил традицию исторических балов.

Константин Егорович Маковский (1839-1915) - Портрет княгини Зинаиды Николаевны Юсуповой в русском костюме
В какой-то мере это стало демонстрацией идеологической преемственности. Грандиозный костюмированный бал, проведенный в Зимнем дворце в 1903 г., стал последним большим балом империи, запомнившимся современникам.



Великий князь Александр Михайлович писал в «Воспоминаниях»: «22 января 1903 г. «весь» Петербург танцевал в Зимнем дворце. Я точно помню эту дату, так как это был последний большой придворный бал в истории империи»..."



"...Великий князь Александр Михайлович описывал костюмы участников бала следующим образом: «Ксения была в наряде боярыни, богато вышитом, сиявшем драгоценностями, который ей очень шел.


Я был одет в платье сокольничего, которое состояло из белого с золотом кафтана с нашитыми на груди и спине золотыми орлами, розовой шелковой рубашки, голубых шаровар и желтых сафьяновых сапог. Остальные гости следовали прихоти своей фантазии и вкуса, оставаясь, однако, в рамках эпохи XVII века….


 

 



Алике выглядела поразительно, но государь для своего роскошного наряда был недостаточно велик ростом.


На балу шло соревнование за первенство между великой княгиней Елизаветой Федоровной (Эллой) и княгиней Зинаидой Юсуповой….


Бал прошел с большим успехом и был повторен во всех деталях через неделю в доме богатейшего графа А.Д. Шереметева»..."

"...Целый ряд государственных указов XVIII–XIX столетий, регламентирующих формы одежды, говорит о том, что значение, которое придавалось костюму как выразителю сословных и моральных идей дворянства в этот период, было большое. В то же время бальное платье обладало и живописной функцией.
Бальная картина начала столетия напоминала древние барельефы или этрусские вазы.


Цветовая гамма бальных и вечерних туалетов начала XIX столетия весьма разнообразна. В 1801 году на балу вы могли увидеть даму в светло-желтом шелковом платье, подол которого вышит зелеными пальмовыми листьями.

Вальс. Неизвестный художник. 1801.
А как элегантен наряд из голубого атласа с отделкой из вишневого бархата. При этом головку красавицы украшает тюрбан из светло-коричневого шелка с золотыми мушками, а на плечи наброшена темно-коричневая шаль. Туфли к такому туалету полагались голубые атласные.
Белые платья все еще популярны, но их следует оживить шалью, к примеру, из шелка красновато-оранжевого цвета с золотой каймой и маленьким тюрбаном из золотого кружева, туфли белые атласные.
Белая кашемировая шаль с цветными полосами на кайме хорошо подходила к светлому шелковому платью (голубому, розовому), перед которого (от пояса до пола) и рукава были вышиты золотом. Головной убор представлял собой диадему из цветов и лент.

В конце 1810 года брюнеткам рекомендовалось носить розовые и бледно-желтые цвета, а блондинкамголубые, бледно-зеленые, жемчужно-серые.


Вечером вы могли облачиться в туалет из крепа янтарного цвета со светло-синей отделкой.

«В 1811 году парижские модники напоминали громадную лужайку, — говорит журнал Ламесанжера. — Они всевозможных оттенков: травяного, шпинатного, елового, ивового, дубового, тисового, яблочного и т. п
Строгий костюм эпохи ампир сменяется в период увлечения романтизмом живописно-декоративным, многоцветным. По цвету платье становится полихромным, сами ткани вырабатываются многоцветными..."

Д. Н. Кардовский. Бал в Москве 1820-х гг.

"...В 30-е гг. бальные туалеты шили из атласа, крепа, розового, голубого, салатного и сиреневого цветов, тафты, бархата и муара темных тонов. Светлые платья отделывали блондой и страусовыми перьями, темные — золотой блондой, боа, бархатными эполетами и светлыми газовыми рукавами, драпированными лифами, бантами на плечах. Юбки украшали бантами, оборками и гирляндами мелких цветов. Те же цветы были и в волосах. Длинные прозрачные рукава пришивали сверх основного рукава из плотной ткани.
      В Петербурге на балах одевались по английской манере в белые туалеты, в Москве — пестрее и свободнее.

Платье бальное из шелкового фая. 1840-е.

В 40-е гг. верхнюю юбку на бальных платьях стали приподнимать, делать драпировку и украшать драгоценной пряжкой. Особо модной отделкой считались букетики скромных цветов — незабудок и фиалок. Ими отделывали платья и наколки причесок. Накидка для бального платья из тюля называлась иллюзион, а из бархата с мехом — сорти-де-баль...
Бант в прическе был обычно одного цвета с поясом платья. В 30-е гг. в нарядной прическе непременно носили белые или цветные (в цвет платья) эспри со страусовыми перьями и перьями марабу, райскую птичку, венки из цветов, колосья из листьев. К концу 40-х гг. стало модным с бальными прическами носить наколки из кружева, лент и мелких цветов...
Головными уборами для выездов были навеянные Востоком тюрбаны из вишневого бархата с драгоценностями и перьями, называемые чалмой, береты и чепцы. Тюрбаны также были модны белые атласные, кисейные с золотыми аграфами, перевитые жемчугом, бусами и золотыми лентами или цепочками. Береты были более скромные из цветного атласа или бархата, их украшали перьями...
В 40-е гг. бальные украшения делали из голубого бисера, гагата — бурого угля и бирюзы
В 30-е гг. обувь была по-прежнему без каблуков, из атласа белого, розового и голубого цветов.
Ботинки бальные из атласа. Середина XIX в.
Также обувь изготовляли из бархата и сукна. Материалом для изготовления обуви служила тонкая и плотная ткань саржевого переплетения — прюнель... Для балов их расшивали золотом и серебром. К туфлям полагались шелковые белые чулки. Зимой носили невысокие ботинки из сукна или плиса на шнуровке или маленьких перламутровых пуговицах. Для их застегивания существовал специальный сапожный крючок. Теплые зимние ботинки оторачивали мехом. Башмаки и ботинки делали из фетра. С удлинением юбок в конце 30-х гг. появился средний, а затем и высокий каблук, а в конце 40-х гг. — обувь с лакированным носком. Башмачки могли быть сшиты из шелка или бархата, а носок и каблук непременно лакированные черные. До середины 40-х гг. носок женских туфель был острым, затем стал квадратным. Для балов использовали атласные и парчовые ботинки со шнуровкой на внешней стороне..."

Г. Г. Гагарин. Бал у княгини М. Ф. Барятинской. 1830-е гг.
"... в Петербургев середине 30-х годов XIX века особым великолепием отличались балы в доме Юсупова.


Большая поклонница творчества графа Федора Петровича Толстого, княжна Юсупова прислала ему и его дочери особое приглашение на свой бал, подготовка к которому началась за год до его начала.

Семейный портрет. Художник Фёдор Петрович Толстой с первой женой Анной Фёдоровной и дочерьми Елизаветой (сидит) и Марией.1830
 «В этом трудном деле нам помог француз, m-r Lenormand, который разъезжал в те времена по Петербургу со своими товарищами. За ним сейчас же послали, и у него тетушка выбрала для меня прелестную материю на бальное платье, костюм мой вышел точно не заурядный и не такой, как у всех. Платье мне сделали из бледно-голубого серебристого газа, а чехол под него из голубого муаре, так что волны муаре, сквозя из-под газа, изобразили из себя речную воду. Прибавлю к этому, что газ на юбке в нескольких местах подобрали букетами водяных лилий (ненюфаров). Ну, и вышла из меня какая-то ундина. Отец мой как художник одобрил вкус своей кузины, и она от похвалы его пришла в неописанный восторг. Про меня и говорить нечего, я была на седьмом небе».
Наконец настал день бала. Парадные кареты гостей, запряженные четверками лошадей, медленно, шаг за шагом, в одну линию, не опережая друг друга, двигаются по Мойке к иллюминированному дворцу Юсуповых. Войдя в дом, вы сразу же попадали в некий волшебный сад.
Мартен Э. Юсупова Зинаида Ивановна (1809-1893) урожд. Нарышкина
Хозяйка дома княгиня Зинаида Ивановна в этот вечер не танцевала. Катаясь с ледяной горы, она ушибла ногу и прихрамывала. Но даже эту неприятную ситуацию красавица княгиня смогла использовать с пользой для себя, представ перед гостями в образе прекрасной феи. У лба княгини сияла большая бриллиантовая звезда, сзади прическу украшали два газовых шарфа — голубой с серебряными звездами и белый с золотыми, оба шарфа струились до самого пола. Княгиня грациозно опиралась на усыпанную бриллиантами трость из черного дерева, казавшуюся на фоне голубого платья из тяжелого штофа волшебным посохом..."
 "...В Петербурге был хорошо известен и дом графа Соллогуба, где собирались известные литераторы, светские дамы и государственные сановники, известные ученые.

E. Rossi Владимир Александрович Соллогуб. 1840-е
Характеризуя своих гостей, Соллогуб дает описание их костюма, манеры поведения. Так, г. Сахаров, один из умнейших людей России, по мнению графа, был постоянно облачен «в длиннополый сюртук горохового цвета с небрежно повязанным на шее галстуком, что для модных гостиных являлось не совсем удобным»..." 
"...В конце XIX — начале XX столетия «русское» платье было из белого атласа с бархатным шлейфом, покрытым золотым шитьем. На первом придворном балу зимнего сезона дамы парадировали в придворных платьях.

 
Платье Надежды Ламановой
На левой стороне корсажа был прикреплен соответственно их рангу или шифр (описанный бриллиантами вензель — отличительный знак фрейлины), или «портрет», окруженный бриллиантами (высокое отличие, дававшее звание «портретной дамы»).
Великие княгини появлялись в своих фамильных драгоценностях с рубинами и сапфирами. Цвет каменьев должен был соответствовать цвету платья:
  • жемчуга и бриллианты или рубины и бриллианты при розовых материях,
  • жемчуга и бриллианты или сапфиры и бриллианты — при голубых материях.
Платья и кокошники украшались драгоценными камнями в зависимости от степени богатства особы. Так, жена предводителя дворянства одного из уездов Петроградской губернии носила в виде пуговиц изумруды величиной с голубиное яйцо. Своими бриллиантами славились графиня Шувалова, Воронцова-Дашкова, Шереметева, княгиня Кочубей и княгиня Юсупова.

Зинаида Юсупова
Вот как описывает хроникер журнала «Всемирная иллюстрация» прием в Зимнем дворце в 1895 году по случаю представления придворных дам императрице Александре Федоровне: «Великолепная белая Николаевская зала к половине второго часа наполнилась дамами. Тут во всем блеске выказались красота и богатство оригинального русского костюма. Картинность собрания… просилась под кисть художника. Какие тут были роскошные кокошники… какие богатые сарафаны из бархата, шелка, индейских тканей, какие богатые парча, меха на оторочках, цветы, кружево, какое разнообразие цветов и оттенков от темно-зеленых, синих до нежных и светло-зеленых, розовых, лиловых. Среди этого блеска и богатства туалетов, бриллиантов и драгоценных камней и значительной массы красных повязок и красных, вышитых золотом шлейфов фрейлин большого двора — там и здесь расхаживали в своих придворных зашитых золотом мундирах церемониймейстеры с жезлами ..."
 
Цвет — важная характеристика стилистического образа времени. В эпоху рококо в Европе возникает влечение ко всему естественному. Костюм преследует цель быть прежде всего изящным; в моду входят приглушенные оттенки.
  • Красный цвет сменяется розовым,
  • синийголубым,
  • зеленыйфиолетовым.
Желтый цвет ампирной архитектуры Петербурга XIX веках отнюдь не был выбран произвольно. Желтый (золотой) цвет императорского штандарта становится цветом императорской гвардии, а затем переходит на архитектурные сооружения, становится «петербургским» цветом.
Философ моды денди Шарль Бодлер возвысил черный костюм в ранг одежды «современного героя». Черный бальный туалет был проявлением стиля денди среди светских дам, знаком исключительного положения в обществе.


Литература XIX века посвящает целые страницы характеристике бальных и не только костюмов действующих лиц.

Л.Н.Толстой "Война и мир"

Лев Николаевич первый бал Наташи Ростовой описывает с точностью модельера эпохи начала XIX в.
  • «Наташа ехала  на  первый большой  бал  в  своей жизни. Она  в этот день встала  в 8  часов  утра и  целый  день находилась в лихорадочной  тревоге и деятельности. Все  силы  ее, с самого утра, были устремлены на то, чтобы они все: она, мама, Соня были  одеты как нельзя лучше. Соня и графиня поручились вполне ей. На графине должно было быть масака (темно-красный цвет, иссиня-малиновый) бархатное платье, на них двух белые дымковые платья на розовых, шелковых чехлах с розанами в корсаже. Волоса должны были быть причесаны à la grecque [по-гречески].
Все  существенное  уже  было  сделано:  ноги,  руки, шея, уши были  уже особенно  тщательно, по бальному, вымыты, надушены и  напудрены;  обуты  уже были  шелковые, ажурные чулки и белые атласные башмаки с бантиками; прически были  почти  окончены.  Соня  кончала  одеваться,  графиня тоже; но  Наташа, хлопотавшая за всех, отстала. Она  еще сидела перед зеркалом в  накинутом на худенькие  плечи  пеньюаре.  Соня,  уже одетая,  стояла посреди  комнаты  и, нажимая  до  боли  маленьким пальцем,  прикалывала  последнюю визжавшую  под булавкой ленту». (т.2, ч.3, гл. XIY).  
  • «Он (граф Ростов) был в синем фраке, чулках и башмаках, надушенный и припомаженный». (ср. Все почти с наивным детским любопытством смотрели на белую шляпу и зеленый фрак Пьера. - Пьер на Бородинском поле).
  • «… когда она (Перонская) в желтом платье с шифром вышла в гостиную» (т.2, ч.3, гл. XIY).
  • «Впереди и сзади их, так же тихо переговариваясь и так же в бальных платьях, входили гости. Зеркала по лестнице отражали дам в белых, голубых, розовых платьях, с бриллиантами и жемчугами на открытых руках и шеях».
  • «Две девочки в белых платьях, с одинаковыми розами в черных волосах …».
  •  «...красивого брюнета в белом мундире (Болконский), который, стоя у окна, разговаривал с каким-то высоким мужчиной в звездах и ленте».
  • «Князь Андрей в своем полковничьем, белом (по кавалерии) мундире, в чулках и башмаках». (т.2, ч.3, гл. XIY).
  • «Ножки ее в бальных атласных башмачках…».

Н.В. Гоголь «Мертвые души» 

В этой поэме одежда вместе с предметами обихода, описанием усадьбы и деревень — важнейший материал для характеристики героев. Чичикову Собакевич показался похожим на медведя.
  • «Для довершения сходства фрак на нем был совершенно медвежьего цвета, рукава длинны, панталоны длинны, ступнями ступал он и вкривь и вкось и наступал беспрестанно на чужие ноги».
  • Сам Чичиков любил цвета оливковые или бутылочные «с искрою, приближающейся, так сказать, к бруснике». Он имел жилеты бархатные и атласные, серые панталоны, сюртук, фрак «брусничного цвета с искрой», который он затем сменил на фрак «цвету наваринского дыму с пламенем». От социального и финансового состояния семьи зависел выбор портного. Как известно, на бале у губернатора появление Чичикова «произвело необыкновенное действие».
  • "Приготовление к этой вечеринке заняло с лишком два часа времени, и здесь в приезжем оказалась такая внимательность к туалету, какой даже не везде видывано. После небольшого послеобеденного сна он приказал подать умыться и чрезвычайно долго тер мылом обе щеки, подперши их изнутри языком; потом, взявши с плеча трактирного слуги полотенце, вытер им со всех сторон полное свое лицо, начав из-за ушей и фыркнув прежде раза два в самое лицо трактирного слуги. Потом надел перед зеркалом манишку, выщипнул вылезшие из носу два волоска и непосредственно за тем очутился во фраке брусничного цвета с искрой. Таким образом одевшись, покатился он в собственном экипаже по бесконечно широким улицам, озаренным тощим освещением из кое-где мелькавших окон. Впрочем, губернаторский дом был так освещен, хоть бы и для бала; коляски с фонарями, перед подъездом два жандарма, форейторские крики вдали — словом, все как нужно. Вошедши в зал, Чичиков должен был на минуту зажмурить глаза, потому что блеск от свечей, ламп и дамских платьев был страшный. Все было залито светом. Черные фраки мелькали и носились врознь и кучами там и там, как носятся мухи на белом сияющем рафинаде в пору жаркого июльского лета, когда старая ключница рубит и делит его на сверкающие обломки перед открытым окном... Насыщенные богатым летом, и без того на всяком шагу расставляющим лакомые блюда, они влетели вовсе не с тем, чтобы есть, но чтобы только показать себя, пройтись взад и вперед по сахарной куче, потереть одна о другую задние или передние ножки, или почесать ими у себя под крылышками, или, протянувши обе передние лапки, потереть ими у себя над головою, повернуться и опять улететь и опять прилететь с новыми докучными эскадронами."
  • «Дамы тут же обступили его блистающею гирляндою... В нарядах их вкусу было пропасть: муслины, атласы, кисеи были таких бледных модных цветов, каким даже и названья нельзя было прибрать (до такой степени дошла тонкость вкуса). Ленточные банты и цветочные букеты порхали там и там по платьям в самом картинном беспорядке, хотя над этим беспорядком трудилась много порядочная голова... Все было у них придумано и предусмотрено с необыкновенной осмотрительностию».


Л. Н. Толстой "Анна Каренина"

В произведениях Л.Н. Толстого описанию внешнего облика героев, вплоть до мельчайших подробностей, отводится важное место. Великий художник старательно выписывает каждую деталь костюма своих персонажей, для него нет мелочей, он создает в нашем воображении художественный образ, забыть который невозможно.
  • «Несмотря на то, что туалет, прическа и все приготовления к балу стоили Кити больших трудов и соображений, она теперь, в своем сложном тюлевом платье на розовом чехле, вступала на бал так свободно и просто, как будто все эти розетки, кружева, все подробности туалета не стоили ей и ее домашним ни минуты внимания, как будто она родилась в этом тюле, кружевах, с этою высокою прической, с розой и двумя листками наверху». В тюлево-кружевной толпе дам, собравшихся на бале, Кити не только не потерялась, ее образ придал ей уверенность в своем могуществе. Для Толстого костюм является внешним продолжением психологического состояния человека.
  • В мировой литературе одной из самых элегантных героинь считается Анна Каренина. В сцене бала Кити видит Анну в новом и неожиданном для себя образе: " Анна была не в лиловом, как того непременно хотела Кити, а в черном, низко срезанном бархатном платье, открывавшем ее точеные, как старой слоновой кости, полные плечи и грудь и округлые руки с тонкою крошечною кистью. Все платье было обшито венецианским гипюром. На голове у нее, в черных волосах, своих без примеси, была маленькая гирлянда анютиных глазок и такая же на черной ленте пояса между белыми кружевами. Прическа ее была незаметна. Заметны были только, украшая ее, эти своевольные короткие колечки курчавых волос, всегда вы бивавшиеся на затылке и висках. На точеной крепкой шее была нитка жемчугу. Кити видела каждый день Анну, была влюблена в нее и представляла себе ее непременно в лиловом. Но теперь, увидав ее в черном, она почувствовала, что не понимала всей ее прелести. Она теперь увидала ее совершенно новою и неожиданною для себя. Теперь она поняла, что Анна не могла быть в лиловом и что ее прелесть состояла именно в том, что она всегда выступала из своего туалета, что туалет никогда не мог быть виден на ней. И черное платье с пышными кружевами не было видно на ней; это была только рамка, и была видна только она, простая, естественная, изящная и вместе веселая и оживленная..."

Чехов А. П. "Анна на шее"

  •  "Еще задолго до Рождества в местной газете было объявлено, что 29 декабря в дворянском собрании «имеет быть» обычный зимний бал. Каждый вечер, после карт, Модест Алексеич, взволнованный, шептался с чиновницами, озабоченно поглядывая на Аню, и потом долго ходил из угла в угол, о чем-то думая. Наконец, как-то поздно вечером, он остановился перед Аней и сказал:
— Ты должна сшить себе бальное платье. Понимаешь? Только, пожалуйста, посоветуйся с Марьей Григорьевной и с Натальей Кузьминишной.И дал ей сто рублей. Она взяла; но, заказывая бальное платье, ни с кем не советовалась, а поговорила только с отцом и постаралась вообразить себе, как бы оделась на бал ее мать. Ее покойная мать сама одевалась всегда по последней моде и всегда возилась с Аней и одевала ее изящно, как куклу, и научила ее говорить по-французски и превосходно танцевать мазурку (до замужества она пять лет прослужила в гувернантках). Аня так же, как мать, могла из старого платья сделать новое, мыть в бензине перчатки, брать напрокат bijoux и так же, как мать, умела щурить глаза, картавить, принимать красивые позы, приходить, когда нужно, в восторг, глядеть печально и загадочно. А от отца она унаследовала темный цвет волос и глаз, нервность и эту манеру всегда прихорашиваться... ...Она танцевала страстно, с увлечением и вальс, и польку, и кадриль, переходя с рук на руки, угорая от музыки и шума, мешая русский язык с французским, картавя, смеясь и не думая ни о муже, ни о ком и ни о чем. Она имела успех у мужчин, это было ясно, да иначе и быть не могло, она задыхалась от волнения, судорожно тискала в руках веер и хотела пить. Отец, Петр Леонтьич, в помятом фраке, от которого пахло бензином, подошел к ней, протягивая блюдечко с красным мороженым..."


Тургенев И.С. "Отцы и дети"

«Аркадий оглянулся и увидел женщину высокого роста в черном платье, остановившуюся в дверях залы. Она поразила его достоинством своей осанки. Обнаженные ее руки красиво лежали вдоль стройного стана; красиво падали с блестящих волос на покатые плечи легкие ветки фуксий; спокойно и умно, именно спокойно, а не задумчиво, глядели светлые глаза из-под немного нависшего белого лба, и губы улыбались едва заметною улыбкою. Какою-то ласковой и мягкой силой веяло от ее лица».
Черный цвет подчеркивает благородные манеры Одинцовой. В отличие от «эмансипе» Кукшиной, демонстрировавшей свою оригинальность грязными перчатками, Одинцова не стремилась казаться независимой, она была ею на самом деле.


Таким образом, в художественной литературе черный цвет костюма является элементом характеристики персонажа.

А. C. Пушкин "Арап Петра Великого"

  • "Корсаков сидел в шлафроке, читая французскую книгу. «Так рано», — сказал он Ибрагиму, увидя его. «Помилуй, — отвечал тот, — уже половина шестого; мы опоздаем; скорей одевайся, и поедем». Корсаков засуетился, стал звонить изо всей мочи; люди сбежались; он стал поспешно одеваться. Француз камердинер подал ему башмаки с красными каблуками, голубые бархатные штаны, розовый кафтан, шитый блестками; в передней наскоро пудрили парик, его принесли, Корсаков всунул в него стриженую головку, потребовал шпагу и перчатки, раз десять перевернулся перед зеркалом и объявил Ибрагиму, что он готов. Гайдуки подали им медвежьи шубы, и они поехали в Зимний дворец... В большой комнате, освещенной сальными свечами, которые тускло горели в облаках табачного дыму, вельможи с голубыми лентами через плечо, посланники, иностранные купцы, офицеры гвардии в зеленых мундирах, корабельные мастера в куртках и полосатых панталонах толпою двигались взад и вперед при беспрерывном звуке духовой музыки. Дамы сидели около стен; молодые блистали всею роскошию моды. Золото и серебро блистало на их робах; из пышных фижм возвышалась, как стебель, их узкая талия; алмазы блистали в ушах, в длинных локонах и около шеи. Они весело повертывались направо и налево, ожидая кавалеров и начала танцев. Барыни пожилые старались хитро сочетать новый образ одежды с гонимою стариною: чепцы сбивались на соболью шапочку царицы Натальи Кириловны, а робронды и мантильи как-то напоминали сарафан и душегрейку. Казалось, они более с удивлением, чем с удовольствием, присутствовали на сих нововведенных игрищах и с досадою косились на жен и дочерей голландских шкиперов, которые в канифасных юбках и в красных кофточках вязали свой чулок, между собою смеясь и разговаривая как будто дома..."

М. Ю. Лермонтов "Княгиня Лиговская"

  • «...После второй рюмки хереса граф стал просить позволения представить мне свою супругу и дочерей.
    — Помилуйте, — отвечал я, — что за церемония. — Я, признаться, боялся, чтобы эта Рожа не испортила моего аппетита, но граф настаивал и, по-видимому, сильно надеялся на могущественное влияние своей Рожи. Я еще отнекивался, как вдруг дверь отворилась и взошла женщина, высокая, стройная, в черном платье. Вообразите себе польку и красавицу польку в ту минуту, как она хочет обворожить русского офицера. Это была самая графиня Розалия или Роза, по-простонародному Рожа.
    Эта случайная игра слов показалась очень забавна двум дамам. Они смеялись.
    — Я предчувствую, вы влюбились в эту Рожу, — воскликнула наконец молодая дама, которую княгиня Вера называла кузиной...»


Варвара Лопухина. Paintings by Mikhail Lermontov, 1835
  • «...молодая женщина в утреннем атласном капоте и блондовом чепце сидела небрежно на диване».

Варвара Лопухина
"...Это портрет Варвары Лопухиной, сидящей на диване в чепце, похож на иллюстрацию к сцене из романа "Княгиня Лиговская", написанного позднее, чем сделан рисунок. Такой, видимо, запомнил Вареньку Лопухину поэт в Москве перед отъездом в Тарханы после окончания юнкерской школы.   После возвращения в Петербург он начинает работать над светской повестью "Княгиня Лиговская"..."
"...Своеобразным поэтическим портретом О.С. Нарышкиной, урожденной графини Потоцкой, являются строки М.И. Цветаевой:
Продолговатый и твердый овал,
Черного платья раструбы…
Юная бабушка! Кто целовал
Ваши надменные губы?
Руки, которые в залах дворца
Вальсы Шопена играли.
По сторонам ледяного лица —
Локоны в виде спирали."
Н.С.Фросте Ольга Станиславовна Потоцкая (1802-1861), жена с 1824 г. Л.А.Нарышкина. 1830-е.

"...Литература XIX века влияла не только на образ мышления, но и на манеру поведения современников, их внешний облик.

Франц Ксавьер Винтергальтер. Портрет княгини Елизаветы Александровны Барятинской. XIX-XX век
Начиная с 30-х годов XIX века многие светские дамы предпочитали позировать художникам в туалетах темных, спокойных тоновПортрет молодой женщины» Крина; «Графиня О.С. Нарышкина» С. Фросте; портрет Е. Барятинской Ф. Винтергальтера..."


Крин Портрет молодой женщины. 1830-1840-е


"...Среди бальных туалетов зимнего сезона 1851 года современники особо выделяли следующие: черное креповое платье с четырьмя оборками (из крепа и кружев): «На груди букет из зелени, приколотый бриллиантовой брошью; браслет из золотой ветки с бриллиантами. Головной убор — зеленый венок, низко спущенный на лоб и перевитый алмазной нитью». Легкие платья вытеснили костюмы из тяжелых материй. «Давно пора! Женщина должна танцовать непременно в тюлевом или газовом платье», — радостно восклицала одна из современниц.
Молодая дама в бархатном платье, Робет Тир. 1851

Журнал "Модный магазин"

  • В ноябрьском номере за 1862 год журнал «Модный магазин» рекомендует читателям обратить внимание на «черное тафтяное платье ...Низ юбки вырезан острыми зубцами, окаймленными черным бархатом, в 1 вершок ширины, бархат этот обшит с обеих сторон рюшками из черных лент с белыми краями... Общий вид этого платья прост и чрезвычайно изящен».
  • По мнению обозревателя журнала «Модный магазин» (за февраль 1866 года), наиболее элегантным было «платье из черного атласа, с примесью черного кружева в виде украшения. Сверх этой атласной юбки, с длинным треном, драпируется черная тюлевая юбка, подобранная меховыми розами. Корсаж, вырезанный четырехугольником, из черного атласа, весь отделан белыми и черными кружевами. И ко всему этому великолепная бриллиантовая парюра»..."

Платья и прически из журналов "Moniteur de la mode" (Франция, 1863-65) и "Модный магазин" (Россия, 1866).

"...23 февраля 1894 года германский посол в Петербурге генерал-адъютант фон Вердер дал в отеле германского посольства на Большой Морской бал, на который было разослано свыше 400 приглашений. Подчеркивая прекрасную организацию, хроникер журнала отмечает изящество костюмов присутствующих дам. Так, весьма эффектно выглядел туалет графини Шуваловой из «трудно уловимого цвета bleure elêctrique, украшенный голубой перевязью». Фрейлина графиня М.Ф. Родигер была в платье из белого газа räie, отделанном лентами ômbre, прическу графини украшали розы и бриллианты. Платье статс-дамы графини Е.Н. Гейден исполнено из шелка цвета светлой стали с античными кружевами и с цветами фиалки в отделке. От корсажа желтого платья княгини Оболенской шли редкие полосы из колец, а на плечах — пунцовые цветы, платье украшали бриллианты и рубины. Особо эффектным был, по мнению обозревателя, туалет Е.Ф. Кнорингголубое платье, шитое по корсажу золотом.

Серов. Портрет Софьи Боткиной. 1899

Незаменимым практическим изданием в области моды для различных слоев общества был журнал «Вестник моды», который с 1894 года начинает выпускать специальные номера, предназначенные для портных. Журнал содержал хронику моды, описание костюмов и выкройки. «А вот еще очень красивый бальный туалет фасона «принцесса». Он сделан из бледно-зеленого атласа. Край платья и низ переда украшены гирляндой, вышитой жемчугом, блестками и разноцветными каменьями. Кроме того, край переда обшит черным муслиновым плиссе». Журнал помещал прекрасно исполненные цветные картинки из модных французских изданий, давал уроки рукоделия. Он был полезен дамам разных сословий, хотя назначение «Вестника моды для портных» свидетельствовало о новом отношении в обществе к самим создателям платья. «Наука об одежде — есть наука возвышенная»..."

"..Русская аристократия стремилась привозить костюмы из Парижа или шить по модным европейским образцам... М.Г. Разумовская простодушно признавалась, что любит Париж за то, что немолодые женщины носят в этом городе туалеты нежных светлых оттенков..."
М.Г. Разумовская

Однако российские модельеры были готовы поспорить с французскими...
  • "...Наибольшей известностью среди модных мастерских России пользовалась мастерская, основанная в Петербурге в середине XIX века О.Н. Бульбенковой (урожденной Суворовой; 1835–1918). Дочь священника, она родилась в Нижнем Новгороде и с девяти лет жила в Петербурге в семье тетки — купчихи Бутановой, владелицы галантерейного магазина на Невском проспекте. Обучалась у портнихи, державшей придворную мастерскую. После отъезда последней из Петербурга дело перешло к Ольге Николаевне. В ее мастерской на Мойке, а затем на Екатерининском канале, известной под названием «Г-жа Ольга», создавались парадные женские костюмы для императорской семьи. Платья работы этой мастерской носили императрицы Мария Александровна, Мария Федоровна, Александра Федоровна.
Платье парадное придворное императрицы Александры Федоровны
Мастерская О.Н. Бульбенковой, Санкт-Петербург
Россия. Конец 19 - начало 20 вв.
Шелк репсового переплетения, искусственный жемчуг, бахрома; вышивка. Дл. лифа 39 см, дл. юбки 103 см, дл
  • В мастерской А.Т. Ивановой исполнялись заказы петербургской аристократии и императорского двора. С начала ХХ века мастерская получает официальное звание «поставщик двора». Ее работы отмечаются медалями на выставках. В собрании Эрмитажа находится сшитое Ивановой бальное платье из светло-зеленого фая с декором из белых страусовых перьев. Ему присущи все особенности модного кроя и силуэта своего времени. В мастерской Ивановой также выполнен эффектный вечерний ансамбль зеленого цвета (бальное платье и ротонда) из плюша. Он хранится в коллекции Эрмитажа.

Платье вечернее императрицы Александры Федоровны
Мастерская А.Т. Ивановой, Санкт-Петербург
Россия. Середина 1890-х гг.
Бархат, шелк, искусственный жемчуг, бисер, блестки; вышивка. Дл. 205 см
  • Особо следует отметить открывшуюся в 1885 году в Москве на Большой Дмитровке мастерскую талантливого русского модельера Н.П. Ламановой. С 1881 года Ламанова (1861–1941) обучалась в Московской школе кройки О.Л. Суворовой, а после открытия собственной мастерской ее работы получили большую известность в среде аристократии. Уже в середине 90-х годов XIX века мастер исполняла заказы императорского двора. В 1902–1903 годах она была участницей Первой международной выставки исторического и современного костюма в Таврическом дворце в Петербурге. В 1910 году, в период работы над портретом Г.Л. Гиршман, К.А. Сомов в одном из писем подробно описывал ее костюм от Ламановой: «Сидит она в белом атласном платье, украшенном черными кружевами и кораллами, оно от Ламановой, на шее у нее 4 жемчужных нитки, прическа умопомрачительная».
К.А. Сомов Портрет Г.Л. Гиршман. 1910
В коллекции Эрмитажа находится бальное платье мастерской Ламановой периода 1890 года, выполненное по заказу императорского двора. Платье очень открытое, с коротким пышным рукавом-фонариком и расклешенной юбкой со шлейфом, украшенной по подолу гирляндой из бантов и объемных цветов. Выполнено из бледно-розового атласа и шифона. В этой работе художник использовал сопоставление фактур различных тканей — прием, получивший дальнейшее развитие в костюмах начала XX века. «Шифон, положенный на атлас, смягчает блеск этой ткани, приглушает ее, заставляет мерцать в зависимости от освещения, создавая особый декоративный эффект. Декор платья — вышивка в виде стилизованного растительного узора из вьющихся стеблей с цветами и пониклыми побегами — решен в стиле модерн, создавшем сложную систему линейного орнамента, в основу которого положены мотивы сильно стилизованных цветов и растений, с характерной для него графической гибкостью линий. Выполнена вышивка блестками и бисером и органично согласуется с общей тональностью платья».
Платье бальное. Мастерская Н.П. Ламановой, Москва. Конец 19 в.
Шифон, атлас, блестки, бисер, искусственные цветы; вышивка. Дл. 180 см
О тонком чувстве стиля, мастерстве и художественном вкусе Ламановой свидетельствует оригинальное использование кружева в убранстве великолепного бального платья из желтого бархата. Подол платья украшает широкий кружевной волан с оригинально решенной линией соединения кружев с основной тканью платья в виде языков морской пены на фоне золотого песка..."
Бальное платье Александры Фёдоровны. Мастерская Н.П. Ламановой, Москва. Начало 20 в.
Бархат, шифон, атлас, кружево, синель; аппликация, вышивка. Дл. лифа 30 см, дл. юбки 154 см
"...Накануне Первой мировой войны, зимой 1914 года, в Петербурге состоялся бал-маскарад у графини Клейнмихель.

На каждую кадриль участники надевали костюмы разных эпох. Великий князь Борис Владимирович с женой великого князя Кирилла Владимировича открывали персидскую кадриль. Автором костюмов для этого бала был Лев Бакст.
В начале века черные платья, «ниспадающие с плеч безнадежно печальными складками» (как характеризует Гана Квапилова моду конца столетия), сменились блестящими, сверкающими красками фовистов.
В 1900-х годах пестрые краски Востока овладевают Парижем. В это же время здесь выступает русский балет Сергея Дягилева, костюмы и декорации для которого создает Лев Бакст.
Лев Бакст Красная султанша. По мотивам балета "Шехерезада" 1910
Лев Бакст Индийский юноша. 
Эскиз костюма к балету "Шехерезада" на музыку Н.А. Римского-Корсакова. 1910
В 1914 году Бакст писал: «В каждом цвете существуют оттенки, выражающие иногда искренность и целомудрие, иногда чувственность и даже зверство, иногда гордость, иногда отчаяние».
Лев Бакст Эскиз мужского костюма для еврейского танца к балету "Клеопатра". 1909-1910

А еще раньше, в 1885 году, Поль Гоген заметил в одном из своих писем: «Есть тона благородные и пошлые, есть спокойные, утешительные гармонии и такие, которые возбуждают Вас своей смелостью».
 Лев Бакст Одалиска. Эскиз костюма к балету "Шехерезада" на музыку Н.А. Римского-Корсакова. 1910
Москву начала XX века И. Шнейдер воспринимал в оранжевом цвете — цвете танго. Из залов Благородного собрания, Купеческого, Охотничьего, Немецкого, Английского клубов, ресторанов, чайных неслись звуки модного танца. «Витрины магазинов украсились оранжевым цветом танго: ткани, конфеты, чулки, обертки шоколада, искусственные хризантемы, подвязки, папиросные коробки, галстуки, книжные переплеты — все желтело модным апельсиновым цветом танго», — вспоминал Шнейдер.
Лев Бакст Царевна Ненаглядная краса.
Эскиз костюма к балету И.Ф.Стравинского "Жар-птица"
Каждая эпоха порождает типичные формы костюма, которые и выполняют практическое назначение, и обладают образно-смысловым содержанием.


Как отмечает Н.М. Тарабукин: «В одном случае платье — вещь, предмет носки; в другом случае оно — знак смысла, имеющего социальную функцию. С одной стороны, одежда есть бытовая и необходимая принадлежность обихода, с другой — костюм — традиция, обладающая смысловой значимостью». 

Использованные источники: 


Книга "Взрослый мир императорских резиденций. Вторая четверть XIX-начало XX в. Повседневная жизнь Российского императорского двора" Игорь Зимин - купить книгу ISBN 978-5-227-04580-5 с доставкой по почте в интернет-магазине Ozon.ruКнига "Взрослый мир императорских резиденций. Вторая четверть XIX-начало XX в. Повседневная жизнь Российского императорского двора" Игорь Зимин - купить книгу ISBN 978-5-227-04580-5 с доставкой по почте в интернет-магазине Ozon.ru
Книга "Двор российских императоров (комплект из 2 книг)" С. В. Девятов, И. В. Зимин - купить книгу ISBN 978-5-9950-0390-8 с доставкой по почте в интернет-магазине Ozon.ruКнига "Двор российских императоров (комплект из 2 книг)" С. В. Девятов, И. В. Зимин - купить книгу ISBN 978-5-9950-0390-8 с доставкой по почте в интернет-магазине Ozon.ru

Комментариев нет:

Отправить комментарий